150 слов с правильным ударением

Грамотности пост # 3. ВодопрОвод или водопровОд?

Исключение: электропрОвод, электропрИвод и т.п. Полагаю, что эти слова образованы немного иным образом, чем представленные на рисунках выше. здесь берется готовое слово прОвод и прИвод, и к ним добавляется еще один корень. Потому, видимо, просто оставили в них ударение на том корне, который играет в слове главную роль.

Красивее или красивее? Об ударениях в русском языке

У вас в детстве были ошибки в ударениях, в которых вы упорствовали?

Одним из моих слов-рецидивистов было прилагательное "красивый" в сравнительной степени - я говорила "красивЕe". Меня поправляли каждый божий раз: "КрасИвее!" До сих пор удивляюсь, как родителям было не лень.

Ну да ладно, в итоге я переучилась. Но что же не так с этим словом?

Ведь на самом деле всё элементарно: куда ударение в обычной форме, туда и в сравнительной степени: красИвый - красИвее, счастлИвый - счастлИвее, ленИвый - ленИвее.

Но это всё трехсложные прилагательные, а путают нас двусложные. Потому что у них это дело работает наоборот: дОбрый - добрЕе, Умный - умнЕЕ, сИльный - сильнЕе.

С точки зрения истории языка это объясняется тем, что раньше использовались именно краткие формы прилагательных. Мы помним это по устоявшимся формулам, таким как "мать сыра земля" (не "сырая"), "по белу свету" (не "белому"), "красна девица" (не "красная"). Сразу веет древностью и сказочностью, правда?

Так вот, сравнительная степень тоже образована именно от краткой формы, и сохраняет соответствующее ударение. Причем использовать нужно форму женского рода.

красИвая - красИва - красИвее

ленИвая - ленИва - ленИвее

сИльная - сильнА - сильнЕе

бЕлая - белА - белЕе

Может быть, если бы мне в детстве рассказали про историю языка, я бы быстрее запомнила!

А почему хочется ошибиться именно в этом слове? Скорее всего, потому что оно оказывается в ряду прилагательных-комплиментов, таких как "умнее", "сильнее", "добрее" и, по аналогии, хочется "красивее" уподобить им по звучанию. Но это ловушка :)

Список слов, ударение в которых я постоянно путаю

Я даже наклеила этот список рядом с зеркалом, чтобы смотреть на него почаще, но всё равно иногда забываю, как надо. Наверное, если бы все вокруг говорили правильно, то запомнилось бы быстрее))

БалОванный, но баловАть

ОблегчИть, облегчИт, облегчУ

В чем ошиблась Училка в гостях у Урганта?

В одном из недавних выпусков телевизионной передачи "Вечерний Ургант" появилась гостья, которую многие пользователи YouTube хорошо знают как Училку. Это Татьяна Гартман, ведущая видеоблога "Училка против ТВ".

Вот как выглядит описание ее канала:

"Здравствуйте! Меня зовут Татьяна Гартман. Я учитель русского языка. И хотя я уже давно не работаю в школе, в душе я навсегда осталась училкой. Я не могу спокойно смотреть, как журналисты и ведущие халатно относятся к языку и совершают позорные ошибки. Поэтому я объявляю гуманитарную войну необразованным журналистам".

В каждом ее видео идет разбор речевых ошибок и неточностей ведущих популярных телепередач, а также звезд российского шоу-бизнеса.

Ошибок наши медиаперсоны делают немало, и вы это знаете. Лишний раз привлечь к ним внимание и обратить внимание общественности на проблемные места никогда не помешает. Так что можем только поаплодировать Татьяне.

Однако и сама она не избежала промаха, появившись на ТВ в гостях у Ивана Урганта. Разобрав неверное ударение, которое Иван делал при склонении заимствованного из французского языка слова "бутик", Училка добавила:

"А вы знаете, как называются слова, заимствованные из французского? Окситоны!"

Это красиво. но неверно. Термины, пришедшие в русский язык с родины Шарля де Голля, Наполеона и кардинала Ришелье, называются галлицизмы. Жюри, кашне, бомонд, нувориш, бутик - все это галлицизмы.

А что такое окситон? Есть ли вообще такое слово?

Есть, но оно не обозначает происхождение из какого-либо языка. Окситон - это слово, ударение в котором падает на последний слог. Да, во французском языке все слова являются окситонами, поскольку ударение там фиксированное. Но ведь отнюдь не только во французском!

В башкирском языке, например, ударения в подавляющем большинстве случаев падают на последний слог (исключения, в основном, относятся к заимствованиям из русского), то есть он тоже состоит из окситонов. В турецком та же история. В фарси - всегда ударение на последнем слоге. В иврите - почти всегда. И так далее.

Так что ничего типично и исключительно французского в окситонах нет. Это просто обозначение типа ударения, характерного для целого ряда языков мира. С заимствованиями этот термин вообще никак не связан.

Тонкости родной речи

Буковый, дубовый и вишнёвый

Задал мне недавно @XitriyZhuk вот такой любопытный вопрос:

Чтобы ответить на него, нужно понять, по какому принципу в древнерусском языке ставилось ударение в производных словах, и что изменилось в современном русском.

В древнерусском у существительных было три основных акцентных парадигмы, то есть схемы расстановки ударения при склонении слова. Вот они:

Парадигма (a) чрезвычайно проста: ударение всегда ставится на основу. В (b) наоборот – почти всегда на окончание. Хитрее была устроена (c), в ней ударение прыгало между основой и окончанием. Вдобавок со слов парадигмы (c) ударение могло убегать вовсе, реликты чего сохранились и в современном русском: óт роду, нá голову.

Согласно современным представлениям Московской акцентологической школы, каждая морфема (корень, приставка, суффикс, окончание) в древнерусском языке имела акцентную маркировку. Если предельно упрощать, существуют три основные маркировки: самоударный плюс (тенденция перетягивать ударение на себя), правоударный плюс (тенденция перетягивать ударение на следующую морфему) и минус (тенденция оставаться безударной).

Давайте разберём на примере. Если у нас слово состоит из двух морфем, корня и окончания, возможны следующие варианты (+ самоударный плюс, > правоударный плюс, – минус, красным цветом выделена маркировка ударного слога):

Вот, что мы видим в таблице:

1) при сочетании типа /+ –/ или /– +/ ударение ставится на плюс;

2) при правоударном корне ударение будет стоять на окончании;

3) если обе морфемы имеют одинаковую маркировку (+ + или – –), то ударение будет ставиться на левую. Разница в том, что с полностью минусового слова ударение убегает на предлог, а с плюсового нет: нá голову, но на си́лу.

Собственно, именно этим и объясняется наличие акцентных парадигм: сила идёт по парадигме (a), жена – (b), голова – (c).

Теперь рассмотрим, как это работает при словообразовании. В первой строке прописано, к какой парадигме относится производящее слово.

Примечание: правоударный плюс не может перетянуть ударение на следующую морфему, если в ней содержится ъ или ь в слабой позиции.

Эта довольно стройная и непротиворечивая система была разрушена в ходе истории русского языка. Многие старые производные слова сохранили старое ударение, но кое-какие сменили его в ходе огромного количества преобразований.

Например, уже в древнерусском у большинства прилагательных на -ивый ударение падало на -и-. Неудивительно, что слова прáвдивый и краснорéчивый со временем стали равняться на большинство и ударяться по-новому: правди́вый и красноречи́вый. Таким образом современный русский выработал правило: в прилагательных на –ивый ударение ставь всегда на -и-. Исключениями являются только книжные прилагательные юрóдивый и ми́лостивый, не затронутые процессами, идущими в живой речи.

Нечто подобное происходит и с прилагательными на -ливый. Так, уже сменили ударение слова молчáливый, гáдливый, спрáведливый, шкóдливый, счáстливый, гордéливый и терпéливый. Пока ещё держатся вéжливый, подáтливый, зави́стливый, проны́рливый и жáлостливый, но весьма вероятно, что в будущем и в них ударение будет ставиться на –ли́в-.

Обратимся наконец к прилагательным на -овый / -евый. Поскольку ситуация здесь очень сложна, ограничимся теми, которые образованы от названий растений. Вот как они ударялись ранее (парадигмы существительных указаны древнерусские, у некоторых они слов поменялись):

Что изменилось в современном языке по сравнению с древнерусским состоянием? Во-первых, прилагательные с ударением на окончании сменили его на наосновное: дубовóй > дубóвый, кленовóй > кленóвый, вязовóй > вя́зовый, что несколько упростило систему. Во-вторых, некоторые из тех, что несли ударение на корне, перекинули его на суффикс: ви́шневый > вишнёвый, сли́вовый > сливóвый, грýшевый > грушёвый.

В силу действия этих процессов мы движемся к новому состоянию, в рамках которого все или почти все прилагательные на -овый / -евый, образованные от названий деревьев, будут ударяться на суффиксе. Иными словами, весьма вероятно, что наши потомки будут говорить букóвый и липóвый.

Норма, как это обычно бывает, пытается затормозить действие этого процесса и пока что запрещает говорить сливóвый и грушёвый. А вот вишнёвый уже давно является «легитимной» формой (хотя ещё Лермонтов ударял так: «На кýдри мя́гкие надéта ермóлка ви́шневого цвéта).

Кстати, Чехов изначально хотел назвать пьесу «Ви́шневый сад», но потом изменил название на современное. Вот, что писал об этом Стиниславский:

Надо сказать, что ряд и других прилагательных на -овый в современном русском ударяется иначе, чем раньше:

Несомненно, и в будущем русское ударение продолжит меняться, и через несколько сотен лет правильное прочтение стихов начала XXI века будет представлять для потомков определённые сложности.

Зализняк А. А. От праславянской акцентуации к русской. М.: Наука, 1985.

Зализняк А. А. Древнерусское ударение: Общие сведения и словарь. 2-е изд., расширенное и переработанное. М.: Издательский Дом ЯСК, 2019.

Предыдущие посты об ударении:

Снова о русском ударении: торты или торты?

Предупреждение: если вы видите язык исключительно в категориях «правильно / неправильно», лучше не читайте дальше. Пост написан для тех, кто любит русский язык по-настоящему.

Продолжаю тему, поднятую в предыдущих постах (звонит, творог). Сегодня мы поговорим об ударении в заимствованиях.

Места ударения в заимствованном слове зависит от нескольких факторов. Одним из них является звучание этого слова в языке-источнике. Например, в греческом слове κατάλογος «список, перечень», как мы видим, ударным является второе а (во всяком случае, в именительном падеже). Почему же норма предписывает говорить каталóг, а форму катáлог осуждает? Потому, что в современный русский каталог пришёл через французское посредство, а во французском ударение ставится всегда на последний слог.

Иногда слово заимствуется с одним ударением, но затем начинает ориентироваться на форму другого языка, и ударение меняется. Например, музыка была заимствована в русский из польского (именно поэтому она музыка, а не музика или мусика). Для разговорного польского характерно ударение на второй слог от конца, и поначалу именно так это слово по-русски и произносили: музы́ка.

Вот как рифмует ещё Пушкин:

Но затем тон в нашей музыкальной терминологии стал задавать итальянский, где musica произносится как /мýзика/, и ударение в русском сместилось на нынешнее. Кстати, древние греки, которые изобрели это слово, вообще ударяли последний слог: μουσική /мусикэ́/.

Компас наоборот был заимствован из итальянского (compasso /компáссо/) как компáс, а затем поменял ударение под влиянием немецкого Kompass /кóмпас/ или польского kompas. Но в речи моряков сохранилось старое ударение.

Слова астролог и гангрена изначально попали к нам с тем же ударением, что было в греческом: ἀστρολόγος – астроло́гъ, γάγγραινα /гáнграйна/ – га́нгрена. Впоследствии оно сменилось современным (астрóлог, гангрéна). А вот у трапезы и герцога ударение поначалу было иным, чем в греческом и немецком (τράπεζα – трапе́за, Herzog /хэ́рцог/ – герцо́гъ), а затем приблизилось к оригиналам.

Происхождением также объясняется разница между маркёром (человеком, ведущим счёт очков в бильярде) и мáркером (фломастером). Первое из французского marqueur, а второе – из английского marker. В форме дискýрс ударение ориентируется на французский, а ди́скурс – на английский. Йогýрт из французского yoghourt, а йóгурт – из английского yoghurt. Феномéн из французского phénomène, а фенóмен опирается на исходное греческое φαινόμενον.

И, конечно же, ударение у заимствований может меняться в силу неких внутренних процессов в русском языке, заимствования в этом плане ничуть не хуже тех же творога или щавеля.

Что касается слова торт, вынесенного в заглавие поста, то его проблема лежит в иной плоскости, а именно в колебании между акцентными парадигмами.

Напомню, что для современного русского литературного языка выделяют шесть основных акцентных парадигм существительных, то есть схем расстановки ударения при склонении слова:

Когда какое-либо слово попадает в русский язык, нам нужно решить, по какой парадигме оно будет склоняться. Свежие заимствования, как правило, попадают в парадигму (a), поскольку она намного проще остальных – ударение всегда стоит на основе и никуда не сдвигается.

Именно так норма требует поступать со словами торт и порт: тóрта, тóрты, тóртов; пóрта, пóрты, пóртов. Зачем же в разговорном русском (a) сменяется на несколько более сложную (b), то есть тортá, торты́, тортóв? Здесь в игру вступает такой фактор как освоенность. У часто используемых слов, которые воспринимаются носителями как привычные (вне зависимости от того, заимствование это или нет), иногда наблюдается переход из (a) в (b) или (c). Особенно это характерно для односложных существительных.

Формы парадигм (b) и (c) нередко воспринимаются как более фамильярные, обиходные, свои, в противовес более «правильным» формам (a). Попробуйте образовать множественное число от немецкой фамилии Шмидт. Почти наверняка вы скажете Шми́дты. Однако великий лингвист Николай Сергеевич Трубецкой, который после революции эмигрировал в Австрию, писал, как среди русских эмигрантов есть тенденция говорить Шмиты́ (а также Кинцы́ и Турны́). Почти наверняка вы чувствуете оттенок фамильярности в этой форме.

Хорошо почувствовать этот эффект можно на примере слова фирма. Фи́рма – это нечто нейтральное, просто предприятие, контора. Фирмá – совсем другое дело, это что-то близкое и дорогое сердцу модника.

Нередко эта тенденция создаёт разницу между «обывательским» и профессиональным произношением. Скажем, норма предписывает (a) для массажа (массáж – массáжа), однако в профессиональной речи отмечается (b), то есть массáж – массажá.

Я думаю, каждый найдёт в своей профессии такие примеры. например, я сам лишь недавно с удивлением узнал, что согласно норме нужно говорить ю́сы, поскольку вживую я слышал только юсы́.

Что интересно, у этой тенденции есть и другая сторона. У слов, которые уходят из обихода, (b) и (c) сменяются на (a). Так, старое ударение пи́сарь – пи́саря – писаря́ – писарéй, лéкарь – лéкаря – лекаря́ – лекарéй меняется на новое пи́сарь – пи́саря – пи́сари – пи́сарей и лéкарь – лéкаря – лéкари – лéкарей.

Таким образом, формы торты́ и порты́ возникли потому, что торт и порт перестали восприниматься как нечто заимствованное и чужеродное, и стали обыденными, «своими» словами. Просто, так же как звóнит или щáвель, их постигла стигматизация и теперь по ним граммар-наци отличают агнцев от козлищ. Аналогичная смена ударения у других слов их, как правило, не заботит. Поэтому если вас кто-либо тюкает за торты́ и порты́, попросите его поставить во множественное число без заглядывания в орфоэпический словарь слова грунт, шприц, тост, сват и дед. Если же вы любите тюкать людей за торты́ и порты́, будьте готовы к тому, что всякие умники начитаются постов в Интернете и будут задавать вам коварные вопросы. В любую свободную минуту листайте орфоэпический словарь (обязательно последнее издание, иначе можно попасть впросак), и это откроет перед вами новые горизонты. Можно будет клеймить неграмотными и не знающими русский язык также тех, кто говорит сваты́ и деды́.

Зализняк А. А. Грамматический словарь русского языка. М.: Русский язык, 1980.

Зализняк А. А. От праславянской акцентуации к русской. М.: Наука, 1985.

Зализняк А. А. Закономерности акцентуации русских односложных существительных мужского рода // Зализняк А. А. Труды по акцентологии. Том 1. М.: Издательский Дом ЯСК, 2010.

📎📎📎📎📎📎📎📎📎📎