Хрущев мечтал перенести столицу из Москвы в Киев

«Крымский вопрос» впервые встал ребром весной 1992 года. После развала СССР все как-то вдруг поняли, что Крым отошел Украине. И теперь это другая страна. Верховный Совет РСФСР даже признал не имеющим юридической силы постановление 1954 года о передаче Крымской области в состав Украинской ССР.

Алексей Аджубей написал воспоминания о своей поездке в 1953 году по Крыму с Никитой Хрущевым. Именно тогда, как утверждают некоторые мемуаристы, Хрущев решил подарить Крым Украине. Аджубей, тогда начинающий сотрудник «Комсомолки» и четыре года как зять Хрущева, был очевидцем того, как зарождался замысел. Спустя почти сорок лет он вернулся к событию, чтобы объяснить, что двигало Хрущевым.

В октябре 1953 года Хрущев, только что избранный руководителем ЦК Компартии Советского Союза, приехал в Крым для отдыха, хотя там и не было госдач. Поселился в Воронцовском дворце и решил поближе познакомиться с полуостровом. Увиденным был ошарашен: за девять лет, прошедших после нацистской оккупации, Крым все еще оставался в разрухе и запустении.

«Кое-как еще теплилась жизнь у кромки моря в прибрежных курортных поселках, а чуть выше, ближе к Ай-Петринскому перевалу, и сразу за ним, где природа беднее, картины навевали уныние, - писал Аджубей. - Мне особенно запомнился проезд через Бахчисарай. Дворец, оказавшийся каменистой развалиной, пустовал. Знаменитый фонтан слез, воспетый Пушкиным, покрылся глинистой коростой. Фонтанные чашечки высохли, не капали в них струйки воды. Здесь все еще дышало войной. Вдоль дорог разбитые танки и артиллерийские орудия и повсюду, до горизонта, серые обелиски, воздвигнутые военными строителями в память о своих павших собратьях. И земля тоже высохла и заросла сорняками. Пустовали поселки, татарские аулы. Их хозяева, отправленные волей Сталина в далекие холодные края, потеряли всякую надежду на возвращение».

«Деловая текучка»

В некоторых мемуарах писали потом, что именно тогда Хрущев высказал идею о передаче Крыма Украине. Однако очевидец поездки Аджубей ничего подобного не заметил. Зато он заметил, как Хрущев от ошарашенности быстро начал переходить к поиску конструктивных мер по спасению Крыма. Особенно его подтолкнули к этому встречи с жителями.

«Молчаливая серая масса людей перегораживала дорогу и так же молча, не расступаясь, ждала, пока машины остановятся, - вспоминает Аджубей. - Люди тягостно долго не начинали разговор, давая возможность Хрущеву начать первым. Потом из толпы раздавался один вопрос, второй, третий. О еде, жилищах, помощи. Или вдруг совсем печальное: «Клопы заели».

После таких встреч в машине наступала тяжелая тишина, Маленков и Хрущев отводили глаза друг от друга, боясь возможной ссоры. Я чувствовал, что Хрущев «кипит» во гневе и вот-вот сорвется, но он либо успокаивался, либо хитрил, прятал гнев в себе, копил на будущее».

Вряд ли, думается, Хрущев и Маленков, два в тот момент главных претендента на лидерство в стране, вели бы какие-то обсуждения государственных идей с сопровождающими их провинциальными партработниками. Аджубей очень точно обрисовывает в своих воспоминаниях то время: «Те первые годы без Сталина полнились большой тревогой и ожиданием перемен. Не поняв этого, ничего не поймешь о событиях вроде бы проходных, не задевших острого общественного внимания. Передача Крыма Украине из того разряда сугубо деловой текучки. В 1953-м Хрущев далеко еще не был полновластным хозяином положения. В Москве властвовали самые близкие Сталину люди - Маленков, его первый заместитель Молотов, а рядом такие, как Ворошилов, Каганович, Булганин. Провинциалу Хрущеву после смерти Сталина отводилась далеко не первая роль. Он шел к власти с упорством и динамизмом, свойственным сильным натурам. На его стороне было, безусловно, лучшее знание жизни, презрение к сидению в кремлевских кабинетах. Крымская поездка Хрущева из этого разряда самоутверждения. Уже на сентябрьском Пленуме ЦК 1953 года он обвинил Маленкова во лжи. На ХIХ съезде партии Маленков заявил, что хлебная проблема в стране решена, а когда вождь умер, оказалось, что наши зерновые запасы равны нулю и народ практически нечем кормить. Немало других столкновений происходило у Хрущева со старой сталинской гвардией».

«Деловая текучка» - вот, оказывается, как выглядела ситуация с Крымом для Хрущева. Возможно, он думал, что из бюджета громадной России сюда перепадают лишь финансовые крохи, а из украинского республиканского бюджета придет больше. Территория в расчет вообще не бралась - она вся была для СССР единой, кроили ее под финансовые потоки - куда Госплану сподручнее направлять.

Пропагандистский жест

Был мотив у Хрущева, что называется, ментальный. Во время совещания по сельхозвопросам в Киеве, куда Никита Сергеевич в те дни успел слетать из Симферополя, как пишет Аджубей, он «все возвращался к своей поездке по Крыму и уговаривал украинцев помочь возрождению земли. «Там южане нужны, кто любит садочки, кукурузу», - сетовал он. О формальной передаче Крыма под юрисдикцию Украины за столом речи не шло. Видимо, такое предложение еще не получило своего осмысления. Скорее всего, к окончательному решению о переводе Крыма в статус южного региона могло подтолкнуть близившееся в 1954 году 300-летие воссоединения Украины с Россией. Хотелось яркого пропагандистского жеста. И он был сделан - постановление Президиума Верховного Совета РСФСР о передаче Крымской области в состав Украины появилось в газетах именно к юбилейной дате. Как символ вечной дружбы братских народов. Символ, не более…

«Ранней весной 1954 года, - вспоминает Аджубей, - вместе с двумя своими коллегами по «Комсомольской правде» - очеркистом Ильей Котенко и фотокорреспондентом Николаем Драчинским - я разъезжал по украинской земле. Передавал в газету очерки о трехсотлетии воссоединения Украины с Россией. Все, что видели, о чем писали, никак не сопрягалось с неким «даром» Хрущева, а сама эта проблема (кому принадлежит Крым - России или Украине) нас мало волновала. Перечитывая сейчас очерк «На крымской Украине», не нашел в нем ни одной строчки, посвященной этой теме. Да и кто из нас думал тогда, что спустя тридцать восемь лет возникнет спор о стародавнем решении? А что произошло бы сегодня, исполни Хрущев свое намерение перевести столицу страны из Москвы в Киев? А он не единожды возвращался к этой теме. Так и говорил: Киев - мать городов русских».

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Сергей Хрущев - КП: Крым передал Украине не Никита Сергеевич, а Борис Николаевич

Наш корреспондент позвонил в США, где уже более 20 лет живет и работает сын бывшего лидера СССР (читайте далее)

Хрущев мечтал перенести столицу из Москвы в Киев

Читайте также