9 известных дизайнеров и художников советуют must-read книги по искусству

Look At Me снова спросил у людей, связанных с современным искусством, о любимых альбомах на их книжных полках и о сильных книжных впечатлениях за последнее время. Среди рекомендаций — ручная каллиграфии и искусство миниатюры конца XVI века иллюстратора Александра Вородеева, проекты архитектурного бюро Бернаскони дизайнера Фени Осташевой и альбом о японских метаболистах в архитектуре иллюстратора Маши Красновой-Шабаевой.

Анастасия Барышева, журналист

Книгу «Art Today. Актуальное искусство 1970–2005» мне когда-то подарил на день рождения главный редактор. Это хороший ликбез с картинками и просто маст-хэв. Полезно и на удивление нескучно, хотя именно о скуке можно подумать, глядя на название книги и имя автора — Брендона Тэйлора, известного английского искусствоведа, ан нет.

Книга «7 Days in Art World» вышла еще три года назад, но мне ее лишь недавно привезла подруга из Нью-Йорка, галеристка Оксана Саламатина. «Тебе понравится», — сказала она и угадала. Это полное погружение в мир искусства, так как красотка Сара Торнтон взяла для своей книги более 250 интервью. Настоящая шпионка! После прочтения вам сразу станет понятно, на чем и на ком все держится. И главное — вам будет весело.

Красотка Сара Торнтон взяла для своей книги более 250 интервью. Настоящая шпионка!

Недавно вышла первая книга молодого художника Валерия Чтака «Только правда», она же — первый продукт Paperworks Publishing. Мало того, что ее просто приятно держать в руках, так она еще и заставляет задуматься о смысле всего происходящего, а это вообще редкость. Критик Екатерина Деготь во вступительной статье доступно объясняет происхождение творчества Чтака, а о личности самого художника и о том, что происходит у него в голове, можно узнать из интервью, которое сделал с ним художник и друг Чтака Николай Олейников.

Мои самые любимые книги — Taschen о Берлине и Нью-Йорке ( « Taschen's Berlin» и « Taschen's New York»). В них собраны лучшие отели, магазины, кафе, бары и рестораны Берлина и Нью-Йорка, по мнению издателя Анжелики Ташен. А уж она-то в этом разбирается!

Еще я не могу оторваться от иллюстраций Олафа Хайека, не зря его называют суперзвездой своего жанра и регулярно открывают его выставки по всему миру. А книга «Весна» Павла Пепперштейна, иллюстрации к которой сделал прекрасный художник Иван Разумов, тоже пригодна не только для чтения, но и для разглядывания.

Катя Крупенникова, искусствовед, куратор

С московской библиотекой меня сейчас разделяет расстояние в 2200 километров. Но самые ценные книги, несмотря на их вес, я привезла с собой в Амстердам. Память не всегда надежно работает, поэтому к этим двум источникам знаний я часто возвращаюсь и использую их в качестве настольных справочников: «Art Since 1900: Modernism, Antimodernism, Postmodernism» Хэла Фостера, Розалинды Краусс, Ива-Алена Боа и Бенджамина Бухло и «A Brief History of Curating» Ханса-Ульриха Обриста.

Из свежепрочитанных злободневных и интересных текстов я бы отметила Аллана Капроу «Essays on the Blurring of Art and Life». Недавно открыла для себя журнал Bedoun — гениальную периодику о современной культуре на Среднем Востоке, не имеющую аналогов в Европе. Например, в текущем выпуске, который и попал ко мне в руки, обсуждается Арабская весна, участники дискуссии — культурные деятели, очевидцы событий. Из печатной периодики также читаю такие полезные журналы как The Exhibitionist, Manifesta Journal и Cabinet Magazine.

С московской библиотекой меня разделяют 2200 километров. Но самые ценные книги, несмотря на их вес, я привезла с собой в Амстердам

Самое сильное впечатление за последние полгода на меня произвела книга «Just Kids», написанная Патти Смит. Это очень личная биографическая история о становлении Патти как артиста и как личности, о ее жизни, творчестве, любви и нежной дружбе с Робертом Мэпплторпом. Очень вдохновляющая книга, полная социополитических и культурных ссылок на семидесятые.

Литературу по современному искусству я предпочитаю покупать на английском языке: переведенные книги не дают нужную картину того, что происходит в мире, не представляют разнообразие точек зрения и не вводят достаточное количество понятий, принятых в международной терминологии. Для меня покупка книг в магазине - это настоящий фетиш. Друзьям-фетишистам рекомендую книжный магазин Pro qm в Берлине: когда получается добраться, зависаю там часами.

Александр Вородеев, иллюстратор

Одно из последних приятных и полезных приобретений — очередной альбом Энки Билала «Легенды наших дней », творчество которого я очень люблю. Поэтому по мере возможности стараюсь приобретать все его альбомы. Недавно он выпустил автобиографический альбом, сделанный в виде графической новеллы, который мне тоже хочется добавить к своей коллекции.

На днях я заказал себе новое издание «Mira Calligraphiae Monumenta » — образец ручной каллиграфии и искусства миниатюры конца XVI века, — разделенное на три тома. Когда я в первый раз увидел эти иллюстрации, то был просто поражен. Поэтому эти книги станут моим фаворитом на долгое время.

В очередной раз недавно перечитал «Дюрера » Станислава Зарницкого. Очень удачная биография, которая дает представление о жизни мастера, голландско-немецких художниках того времени, а также хорошо описывает становление специальности художника-иллюстратора. Хорошо напечатанный альбом любимого художника или удачная биографическая работа — уже ценность. Ну и чем больше хороших книг под рукой, тем лучше — ты всегда во всеоружии!

Евгения Онегина, фоторедактор

Книгу KATHY's «New Dimension» мне передал коллега из Токио. Я не знала, о чем она, и не поняла бы даже, если бы попросила объяснить. Единственная причина, почему мне так ее хотелось, — это иллюстрации Кениширо Мизуно (Kenichiro Mizuno).

Бывают моменты, когда я просто захожу в тупик. Долго смотрю на штуку, над которой работаю, и начинаю ненавидеть ее за плоскость, от грусти углубляюсь в детали и теряю ясность мысли. Наверное, эта растерянность происходит от количества просмотренного в блогах, от возможностей и комбинаций, которые дают компьютерные программы. При этом твои собственные возможности и силы становятся такими ничтожными, что начинаешь идти по простому пути проверенных приемов и послушания симметрии с давящим чувством границ.

Эта книга всегда будет нужна мне, чтобы понимать, что в работе не ограничивают средства — только мое сознание

Книга KATHY's «New Dimension» — это история о девушке, которой вдруг начинает что-то управлять, и она переходит из одного измерения в другое. Для того, чтобы объяснить, что с ней происходит, используется такой псевдонаучпоп-язык, с придуманными терминами. Но иллюстратору еще сложнее, чем автору. Ему нужно изобразить переход из плоского в объемное или, например, как выглядит танец в пятом измерении и гостиная в четвертом. При этом используется какой-то абсолютный минимум инструментов. Нет цвета. Только контур и работа с ним в пространстве. Эта книга всегда будет нужна мне, чтобы понимать, что в работе не ограничивают средства — только мое сознание.

Как-то я наткнулась на работы Вячеслава Колейчука и его коллажи восьмидесятых годов, которые выглядели настолько убедительно современно, что их с легкостью можно было представить где-нибудь в Tumblr-блогах. Мне стало интересно, кто этот путешественник во времени, и я нашла книгу Александра Лаврентьева «Эксперимент в дизайне», в создании которой Колейчук принимал участие.

Позже я прочитала с ним интервью в журнале «Искусство», и меня удивило, насколько схожи его artist's statement и мое представление о том, что такое дизайн в целом. Фокус его интереса — объект в пространстве. Конечно, не все так просто: он моделирует и конструирует трехмерные объекты, часто использует звук, что ставит его работы на границу искусства и дизайна. А меня как раз всегда увлекало размышление на тему, почему в России так поздно дизайн стал общим знаменателем для проектирования стула и разработки логотипа и почему ни с каким советским человеком звание дизайнера не вяжется. Именно этим мне интересна эта книга, в ней сумбурным образом сделана попытка назвать вещи своими именами. В ней странно все: от обложки, исполненной в Microsoft Power Point, до понятия «кинетический дизайн», и именно в этом ее прелесть.

Как-то на питерской барахолке я за рубль купила альбом с фотографиями маленькой девочки. Не из интереса, а скорее с мыслью спасти его от плохого человека

Мне очень дорога также книга Игоря Старкова «Бурятия», подписанная им лично. Как человеку материальному, мне пришлось первое время отходить от того, что у меня в руках объект. Потом от того, какой он красивый. И уже третьей волной эйфории пришло осознание, насколько мне близка эта форма. Как-то на питерской барахолке я за рубль купила альбом шестидесятых годов с фотографиями маленькой девочки. Не из интереса, а скорее с мыслью спасти его от какого-нибудь плохого человека. Теперь я знаю, что подарю его Игорю и его жене, потому что они коллекционируют такие альбомы, но тогда четкой мысли, что с ним сделать, у меня не было. Более того, его реальная ценность стала мне понятна только после книги Старкова. Он сделал фотоальбом семьи своей жены и своих новых родственников.

Мне кажется, «новая наивность» такого рода — это довольно смелый шаг для фотографа: его мастерство уходит на второй план, и фотография становится частью большого документа. У Игоря получилось без обмана, при этом каждая картинка — eye candy: от внимания к деталям, сюжетной совместимости на развороте до цветокоррекции. Плюс моя отдельная слабость — короткие подписи к фотографиям, которые несут в себе гораздо больше эмоций, чем смысла. Этот тезис, в принципе, годится к тому, чтобы объяснить сам факт существования этой книги и ее особое место на моей книжной полке.