Про ученика чародея — французская народная сказка

Жил когда-то в наших краях один бедный крестьянин, и был у него сын. Сын как сын, мальчишка неглупый, да только не по сердцу ему была обычная крестьянская работа. Вот и надумал отец отвезти сына в город: пусть, мол, поглядит, поучится, да выберет себе какое-нибудь ремесло по душе. Задумано — сделано. И в одно прекрасное утро пришли они вдвоем в город. Познакомил там отец сына с разными работящими людьми: с плотниками и каменщиками, с гончарами и кузнецами… Однако, глядя на них, мальчишка лишь уныло вздыхал: — Нет, батюшка, не мое это призвание… — Эх, горе ты мое горькое…- сокрушался отец. Целый день провели они в поисках, да так ничего завидного и не нашли. А когда наступил вечер, двинулись в обратный путь. Тут-то и попался им на глаза большой мрачный дом на окраине города. — Это что за домина? — поинтересовался сын. — О! Дом этот все стороной обходят, потому живет в нем сам чародей-волшебник…- со страхом прошептал отец. — Чародей?! — воскликнул мальчик.- Вот бы мне научиться его ремеслу! Как раз подходящее для меня занятие. — Хм… Может, и так… -задумчиво протянул отец.- Только денег у меня маловато. Надо бы спросить, сколько запросит он за обучение. Постучали они в дверь — никакого ответа. Еще раз постучали- опять молчок. Лишь на третий раз распахнулась дверь, и предстал перед ними сам хозяин дома. Поглядел он на оробевшего крестьянина, потом на смышленую рожицу мальчонки и все понял. Не успел крестьянин рта раскрыть, как вскинул чародей вверх руку и говорит властно: — Денег я с тебя не потребую, но поставлю одно условие: ровно через год и один день должен ты прийти сюда, в мой дом, и узнать своего собственного сына среди прочих моих учеников. Только учти: и твой сын и все ученики предстанут перед тобой в каком-нибудь ином облике — то ли зверя, то ли птицы. Ну-с… Коли узнаешь своего сына, заберешь его с собой, коли нет, останется он у меня. Почесал крестьянин затылок. Что делать, как поступить? Больно уж заманчивое предложение, да сына боязно потерять. Долго он колебался, но все-таки упросил его сын. Махнул крестьянин рукой — мол, будь что будет! — и согласился. Вот так и остался мальчик в доме чародея. А надо сказать, что за год и один день мог мальчик трижды навестить своего родителя. Когда приехал он к отцу в деревню в первый раз, спросил его крестьянин: — Ну как, сынок? Нравится тебе будущее твое ремесло? — Очень нравится, да только боюсь я, батюшка, что не признаете вы меня во время испытания. Ведь я и сам еще толком не знаю, чем и как можно вам помочь. Ну ничего, отчаиваться пока не след. Поживем — увидим. Во второй приезд сказал сын отцу: — Будем надеяться, батюшка, на лучшее. Сейчас я, конечно, не слишком-то силен во всяких там премудростях, но кое-что уже умею. Подождите еще немного, и скажу я вам, как можно будет меня распознать. Наконец в третий, и последний, его приезд объявил он отцу радостно: — Вот теперь, батюшка, я так же силен в чародействе, как и мой учитель. Прочитал я все его книги, выведал все его секреты. И вот что я вам скажу: в день вашего приезда обратит он меня и всех моих товарищей в петухов — в красных и зеленых. Поначалу пройдут перед вами трижды по кругу красные петухи, а вслед за ними — зеленые. Знайте: я буду среди зеленых. И когда пойдем мы по кругу, спотыкнусь я, будто ненароком. По этому-то признаку вы меня и узнаете. Но помните: если не признаете меня, то навсегда потеряете. Придется мне тогда, хочешь не хочешь, век служить своему хозяину. И вот истек назначенный срок, и явился крестьянин к чародею. Оглядел его чародей с ног до головы, усмехнулся недобро и говорит: — Значит, пришел ты ко мне за своим сынком… Ну ладно… Поглядим теперь, узнаешь ли ты его. Хлопнул чародей в ладоши, и оказался тут крестьянин в середине большого круга, а по кругу важно и гордо расхаживали красные петухи. Поглядел на них крестьянин, поглядел и, памятуя наказ сына, сказал чародею: — Нет, хозяин, не видать что-то среди них родного моего сыночка. — Ах, не видать, говоришь… Хорошо. Смотри дальше.- И чародей снова хлопнул в ладоши. Исчезли тут красные петухи, а на смену им появились зеленые и давай тоже по кругу прохаживаться. Раз прошли, второй… — Ищи, папаша, лучше. А то недолго и сынка проморгать,- смеется чародей. Ничего ему не ответил крестьянин. Да и что отвечать-то, коли было ему не до смеха. Вглядывался он до боли в глазах в этих петухов и никак не мог различить среди них своего родного сына. — Тьфу, пропасть! Ведь они же как две капли воды друг на друга похожи! — растерялся крестьянин.- Гляди-ка, уж по третьему кругу пошли. Ну, пропал теперь мой сынок ни за понюшку табаку! Эх, дурья моя голова, зачем только отдал я его чародею! Но вдруг заметил он, как зацепился шпорой один петух за холщовые его домотканые штаны. — А…а…а. Вот он! — завопил во всю глотку крестьянин. — Вот он! Удивился чародей несказанно, но вида не подал и, перестав смеяться, процедил сквозь зубы: — Твое счастье, образина деревенская… Забирай свое отродье и убирайся прочь, пока не передумал я! Обезумев от радости, подхватил крестьянин на руки зеленого петуха и бросился с ним на улицу, подальше от страшного хозяина. Так и вернулся в свой родной дом бывший ученик чародея. Вернулся и, как ни странно, принялся отцу помогать в его нелегкой крестьянской работе. Прошло какое-то время, и однажды, когда ворошили они вдвоем сено, спросил отец у сына: — Что ж не покажешь мне свое хитроумное искусство? Неужто оно тебе ни к чему? — Охотно покажу вам, батюшка. Правда, до сей поры нужды в нем вроде и не было. Но коли хотите вы поглядеть, на что я способен, извольте. Завтра утром пойдете вы в сарай и увидите там хорошо откормленную свинью. Киньте ей на шею веревку и отведите на ярмарку. Там продайте ее, возьмите деньги и возвращайтесь домой. Только не забудьте снять веревку. — Скажи на милость! — захохотал отец.- Ну и шутник ты, сынок! О какой это ты свинье твердишь, ежели нет ее у нас и в помине. — Нет, так будет. Словом, не ваша это забота. Требуется от вас только одно: сделать так, как я вам сказал. Покачал головой отец, но возражать сыну не стал. А наутро заглянул в сарай и в самом деле увидел там откормленную свинью. «Ну и дела!» — изумился он и, накинув свинье на шею веревку, повел ее на ярмарку. Не прошло и часа, как продал он свою животину и, весело позвякивая золотыми экю, в обратный путь пустился.

Тем временем свинья семенила по лесной дороге впереди барышника, очень довольного своей покупкой. Шли они, шли, как вдруг свинья шмыг в кусты — и поминай как звали. Барышник туда, сюда, да разве в такой чащобе ее отыщешь! Вот и остался он с носом, а свинья, не выходя из лесу, в сына крестьянина оборотилась. Пришел сын домой и спрашивает у отца: — Ну как, батюшка, довольны ли вы моим искусством? — Еще бы! Да ты себе цены не знаешь! — Знаю, батюшка, как не знать. Коли хотите, проделаем тот же фокус на ближайшей ярмарке. — А что ж, я не прочь! — Вот и хорошо. На сей раз продадите вы быка, только не забудьте забрать обратно веревку. Увидела золотое колечко девушка, что вместе с женихом возле печки сидела. Обрадовалась и на палец надела. Но не сдался чародей. Не пожелал свою добычу из рук выпустить. Принял он облик бродячего музыканта и давай наигрывать на улице разные веселые мелодии. Услыхали невеста с женихом музыку и вышли из дома его послушать. Завидел их чародей, подошел поближе и будто невзначай воскликнул: — Какое прелестное колечко! Продайте его мне или лучше поменяйтесь со мной. И показал девушке другое колечко, да такое красивое, что не могла девушка глаз от него отвести. Сняла она с пальца золотое колечко и протянула уж было чародею, как выскользнуло оно вдруг из руки и, превратившись в льняное семечко, затерялось среди множества других, по всему двору разбросанных. Крякнул чародей от досады и, обернувшись петухом, принялся живо клевать семечки. Но и ученик не зевал: вмиг лисой оборотился, бросился на петуха, задушил его и прочь убежал. А потом свернул на дорогу к родительскому дому. Пришел и говорит отцу: — Ну и задал мне жару чародей по вашей милости! Нет, батюшка, не по сердцу мне такая жизнь. Надоело хитрить, изворачиваться да морочить людям голову… Так что хватит мне в чародеях ходить! Поведал он отцу про свои удивительные злоключения и с той поры забыл даже и думать о чародействе, разве что так, изредка, когда над соседом хотелось подшутить или, к примеру, приданое бедной девушке раздобыть. А в остальное время он усердно отцу в поле помогал.